РФ взялась за Узбекистан: «налаживание» политических отношений началось с газового контракта

Заключение газового контракта, видимо, связано с идеей «улучшения» политических отношений.

Глава «Газпрома» Алексей Миллер подписал с вице-премьером Узбекистана Гуломжоном Ибрагимовым контракт на срок до пяти лет: с 2018 года «Газпром» будет ежегодно покупать по 4 млрд куб. м узбекского газа. Какова цена контракта, стороны не сообщили.

«Газпром», который закупает газ в Узбекистане с 2003 года, впервые заключил среднесрочный контракт и это означает, что шансы Туркмении, у которой «Газпром» с прошлого года прекратил покупать газ, возобновить экспорт в Россию с 2019 года резко снижаются.

Но «Газпрому» и узбекский газ не слишком нужен, а, по мнению аналитиков, основная причина заключения длительного контракта — стремление укрепить политические отношения с Ташкентом, пишет одно из российских изданий.

[related_posts id=»182626″]

Миллер также сообщил, что соглашение по разделу продукции по основному  проекту добычи «Газпрома» в стране — Шахпахты, с извлекаемыми запасами около 8 млрд кубометров, будет продлено на пять лет, до 2024 года. «Газпром» покупает газ в Узбекистане с 2003 года, но в основном закупка велась на базе однолетних контрактов.

Исторически 3-4 млрд кубометров узбекского газа в год «Газпром» поставляет на юг Казахстана, получая взамен казахский газ по своповой схеме. Кроме того, небольшой объем газа (в пределах 100 млн кубометров) из Узбекистана поставляется в Киргизию, где «Газпром» с 2014 года владеет газотранспортной системой. В то же время закупки газа в Узбекистане в последние годы неуклонно снижались — с 9,4 млрд кубометров в 2013 году до 6,2 млрд кубометров в 2016 году; в 2017 году планируется закупить всего 5 млрд кубометров.

Это связано с тем, что «Газпрому» этот газ нужен только для казахского свопа и Киргизии. Но все же Узбекистан избежал участи Туркмении, с которой «Газпром» с начала 2016 года вообще разорвал контракт и подал к «Туркменгазу» иск в Стокгольмский арбитраж. В отличие от Ашхабада, в 2015 году Ташкент пошел на снижение закупочной цены (основана на netback от среднеевропейских газовых цен). Туркмения теперь оказывается в крайне сложном положении — согласованная с «Газпромом» арбитражная пауза истекает в конце 2018 года, но с учетом контракта с Узбекистаном (где есть take-or-pay) у «Газпрома» в течение нескольких лет не будет необходимости закупать еще и туркменский газ.

Слабостью переговорной позиции Туркмении уже пользовался Иран, который не платил Ашхабаду полную цену за газ. В ответ Туркмения с начала года остановила поставки в Северный Иран, оставшись с единственным работающим направлением экспорта в Китай. В последнее время Ашхабад делает регулярные заявления о прогрессе газопровода ТАПИ, который должен открыть путь туркменскому газу через Афганистан в Пакистан и Индию, но собеседники издания крайне скептически оценивают шансы проекта, учитывая сложную обстановку в Афганистане.

«После смены руководства Узбекистана (после смерти в сентябре 2016 года президента Ислама Каримова. — ред.) по многим направлениям появились ожидания, что политические отношения могут улучшиться, что удастся закрыть конфликтные истории, связанные с неудачными инвестициями российских компаний», — говорит глава экономического направления ИЭФ Марсель Салихов.

По его мнению, заключение газового контракта, видимо, связано с идеей улучшения политических отношений, поскольку «Газпрому» нет особого смысла закупать газ в Средней Азии в таких больших объемах, тем более по цене, близкой к европейскому netback.

Ранее сообщалось, что Газпром не заплатил штраф, и теперь его взыщут приставы.