Политик и общественный деятель Николай Томенко в рамках традиционных «Шевченковских воскресных чтений» обратил внимание на актуальность творчества Тараса Шевченко в сегодняшнем контексте. Оказывается, проблема популярности примитивной русской попсы и масскультуры волновала украинцев еще около двух веков назад.

В своей знаменитой поэме Гайдамаки, написанной еще в 1839–1841 годах, Кобзарь иронически высмеивал тогдашнюю моду на мещанские романсы и салонную поэзию. Тогдашний «шоубизнес» требовал простых и понятных для имперской публики образов, на что Шевченко реагировал сокрушительной сатирой:

«…От казачества, от гетманства

Высокие могилы -

Больше ничего не осталось,

Да и те разрывают;

А он хочет, чтобы слушали,

Как старцы поют.

Зря труд, господин брат:

Когда хочешь денег

Да еще и славы, того чуда,

Пой о Матреше,

Про Парашу, радость нашу,

Султан, паркет, шпоры, -

Вот где слава! А то пение:

«Играет синее море»…»

Ирония сквозь столетие: как Кобзарь жестко троллил имперскую моду

Как отмечает Николай Томенко, эти строки были прямой реакцией Кобзаря на тренды того времени, когда в имперской среде царили примитивные песенки об условных Маш, Паш и Даш с соответствующим колоритом.

Политик напоминает, что подобные изречения («Как сказала Маша: Где ты радость наша…») массово печатались в московских песенниках. Кстати, имя «Параша» в тексте поэмы — это привычный для того времени уменьшительно-ласкательный вариант украинского и общеславянского имени Прасковья или Параскева.

Сегодня эти слова Кобзаря воспринимаются особенно остро. Во времена, когда Украина окончательно очищает свое публичное пространство от мусора «русского мира», Шевченко еще раз доказывает: он был не просто поэтом-романтиком, а глубоким мыслителем, понимавшим опасность культурной колонизации лучше многих современников.