Почему Германия хочет подружиться с Путиным

Известный украинский журналист и политический обозреватель Виталий Портников попытался объяснить, почему Германия хочет подружиться с Путиным.

Немецкие политики из рядов социал- демократов все больше склоняются к идее восстановления взаимопонимания с Россией – даже если агрессивная сущность путинского режима сохранится

И дело уже не только в предложении главы немецкого внешнеполитического ведомства Франка- Вальтера Штайнмайера о “постепенном” снятии санкций против Москвы в случае начала выполнения путинским режимом Минских соглашений.

Последняя колонка Штайнмайера в Bild am Sonntag озадачила многих своим категоричным непониманием задач Североатлантического альянса в его противостоянии с российским агрессором. Проще говоря, Штайнамайер упрямо не хочет видеть в Путине агрессора, а предпочитает воспринимать то, что происходит на востоке Украины и в Крыму как некое недоразумение, которое можно урегулировать.

И это – не только личная позиция опытного политика. Это – партийная позиция. Те социал-демократы, кто пытаются вернуть партию к реальности, оказываются маргиналами в собственных рядах. По сути, СДПГ стала заложницей извращенного понимания “восточной политики” своего великого лидера Вилли Брандта.

Но Брандт воспринимал Советский Союз как константу – и разрабатывал механизм сожительства с авторитарным государством и его “сферой влияния”. Кто сказал Штайнмайеру и другим лидерам современной СДПГ, что Россия Путина – такая же константа? И что Запад собственными руками должен создавать для этого анахроничного государства “сферу влияния”?

Ведь сфера влияния СССР была оплачена миллионами жизней граждан этой страны – между прочим, в том числе и украинцев, гигантскими разрушениями в Украине, Беларуси, странах Балтии и на других затронутых войной европейских территориях бывшей империи. И что – опять? Такой внешнеполитический подход делает Штайнмайера очевидным антогонистом федерального канцлера Ангелы Меркель. И в этом нет ничего неестественного.

В Германии приближаются парламентские выборы и СДПГ стремится отстроиться от партнеров по коалиции. Ведь эта коалиция – не союз по любви, а брак по расчету. И каждая из партий стремится к тому, чтобы править без такого партнера. Или – с другим партнером. Пропутинская позиция может сыграть с социал-демократами злую шутку.

Их “естественными” партнерами по коалиции еще недавно были “Зеленые”. Именно “красно-зеленой” была последняя коалиция, в которой СДПГ достался пост федерального канцлера (его, к сожалению, занимал одиозный Герхард Шредер, превращенный Владимиром Путиным в отставной сувенир). И, по идее, если СДПГ претендует на власть, она тоже может рассчитывать на новую “красно-зеленую” коалицию.

“Зеленым” попасть в бундестаг гораздо проще, чем традиционным партнерам ХДС/ХСС – свободным демократам. Но оказывается, что позиция «Зеленых» и ХДС относительно российской опасности начинает совпадать. Я бы даже сказал, что «Зеленые» в своих оценках режима Путина и методов противодействия авторитаризму и агрессии радикальнее христианских демократов. И честнее социал-демократов.

Поэтому сегодня многие в Германии начинают думать о другой коалиции – ХДС и «Зеленых». В такой коалиции представитель «Зеленых» занял бы пост министра иностранных дел – и тогда вместо Штайнмайера мы наблюдали бы в немецком внешнеполитическом ведомстве ответственного политика, который думал бы о том, как усилить санкции, а не о том, как помочь Путину избежать возмездия. И это было бы хорошо не только для Украины. Это было бы хорошо для Германии.