Финансовые отчеты политических партий обнаружили много проблемных мест.

Механизм государственного финансирования партий заработал в прошлом году, но совсем не так, как задумывали его инициаторы. Главной целью закона было снять партии с «олигархической иглы». И вот по результатам первых трех кварталов видно, что парламентские силы так и не поняли, на что им тратить десятки миллионов из госбюджета.

Согласно анализу Комитета избирателей Украины, из общих 167 млн, выделенных парламентским партиям за этот период, 63,4 миллиона гривен они потратили на покупку политической рекламы. Это более трети всех выделенных средств. Особенно злоупотребляли затратами на самопиар «Народный фронт» и «Самопомощь». Последние выбросили на эти цели более половины полученных от государства денег. Причем основной поток видеороликов пришелся на конец года, когда партиям приходилось срочно фактически списывать деньги, чтобы не «сгорели». У Радикальной партии Ляшко закупили на бюджетные средства куртки и футболки с партийной символикой, в Блоке Порошенко – полиграфия 5 млн грн, а в «Народном фронте» – флагов и удочек на 1,5 млн грн. Такое расточительство за бюджетный счет при непопулярности в народе самой идеи госфинансирования «дармоедов» возмутило многих. Прозвучали и предложения упорядочить по-новому партийные расходы.

[related_posts id=»112269″]

«По действующему закону партии могут направлять государственное финансирование на любую уставную деятельность, а под это словосочетание попадает фактически что угодно, – объясняет председатель КИУ Алексей Кошель. – Например, отдельные партии тратят огромную сумму средств на брендированную продукцию, печатая невероятными тиражами листовки, спецвыпуски газет и так далее. Партия «Самопомощь» только один спецвыпуск газеты напечатала тиражом 6,5 миллиона экземпляров, в то время как в стране всего около 15 млн почтовых ящиков. То есть все это нереально распространить, и часть тиража лежит мертвым грузом на партийных складах. Более того, средства в рамках государственного финансирования сейчас (не в период выборов) фактически легально могут использоваться на технологии подкупа избирателей. Например, партия может оказывать избирателям услуги по перевозке, по медицинскому обслуживанию, организовывать концерты, массовые мероприятия и тому подобное. А в условиях избирательной кампании это попадает под статью о подкупе».

Кошель объясняет, что логика законодателя не загонять партии в жесткие рамки по затратам была понятной, но те оказались не готовы тратить свалившиеся на них миллионы на собственное развитие, а не на рекламу и проедание. Уже сейчас в парламенте зарегистрировано несколько законопроектов, которые должны залатать эти пробелы. Тот же Комитет избирателей разработал законопроект с жестким перечнем направлений, по которым партии могут тратить государственные средства, и внес его в парламент через депутата от БПП Вадима Денисенко. Проектом предусматривается прямой запрет политической рекламы на ТВ, радио, в интернете и на бигбордах, зафиксирована пропорция распределения средств между центральным аппаратом партии и местными ячейками, прописан порядок развития политических сил и так далее. Однако выглядит это все слишком радикально, и от экспертной среды уже прозвучали мнения о недемократичности проекта. Поэтому шансов на то, что он пройдет парламентский зал в таком виде, немного.

Женский вопрос и Садовой

Недавно профильный комитет принял другой законопроект – №5446 – по совершенствованию порядка государственного финансирования политических партий. Его авторы – депутаты от БПП Руслан Князевич, Александр Черненко и Ирина Суслова. Перспективы на принятие у этого проекта более реалистичны. Хотя он точно вызовет сопротивление одной из фракций, но об этом ниже.

Первый момент – этим законопроектом отменяется обязательный аудит партий, которые не получают государственное финансирование. «Просто в законе так жестко прописали требования к аудиту, НАПК определила только 12 компаний, которые под эти требования подпадают. Эти компании вошли в картельный сговор, и аудит партии сейчас обойдется от 100 до 300 тысяч гривен, – объясняет Александр Черненко. – Это большие средства для маленьких партий, но для тех, которые получают госфинансирование, эта норма останется».

Второй момент связан с тем, что сегодня деньги из бюджетного финансирования на уставную деятельность запрещено переводить в избирательные фонды. Новый же закон это позволяет. «Потому что, например, в конце года государственные деньги партии потратили на политическую рекламу, хотя официально избирательного процесса не было, – вспоминает Черненко. – Но шли выборы в объединенных территориальных общинах – и по факту за государственные деньги партии себя рекламировали. Или смоделируем ситуацию 2019: первое полугодие – президентские выборы, второе – парламентские. И куда партиям тратить деньги, если нельзя тратить на выборы? На партийные ячейки, которые фактически будут штабами?».

И еще одно существенное изменение касается гендерных квот. По действующему закону, 10% от суммы общего финансирования, которое идет на парламентские партии (в этом году 442 миллиона гривен), делят между собой партии, которые выдержали гендерную квоту – каждое третье место в списке отдали женщинам. В нынешнем созыве этого правила придерживалась лишь «Самопомощь», и все эти средства идут исключительно этой фракции. В законопроекте же планируется значительно снизить эту сумму – до 10%, но уже от финансирования, которое должна получить партия в соответствии с результатами выборов. Более того, в БПП считают, что «Самопомощь» вообще потеряла право на «гендерные выплаты» после того, как фракцию покинули Анна Гопко, Ирина Суслова и Виктория Пташник. Черненко отмечает, что любая фракция не может быть постоянной всю каденцию, поэтому нужно определять наличие квот ежеквартально, в момент выделения денег. Принятие такой нормы может болезненно ударить по финансовому благосостоянию «Самопомощи», однако, хорошо впишется в общую войну, которую Банковая и мэр Львова Андрей Садовой ведут друг с другом.

«По закону гендерная квота определяется не на сегодняшнюю дату, а по результатам выборов, – говорит заместитель председателя фракции «Самопомощь» Олег Лаврик. – На самом деле у нас из фракции выходили не только женщины, но и мужчины, и если та же Оксана Сыроид как вице-спикер по закону не может находиться в фракции, то это что – можно считать нарушением гендерной квоты? Но я вижу, что Администрация президента любыми путями пытается навредить «Самопомощи». Пусть еще и такой вариант будет, мы готовы к этому».

«Самопомощи» действительно есть что терять: доплата за соблюдение гендерных квот в этом году составит 44,2 млн грн – это больше, чем получат некоторые фракции в целом. Лидером по бюджетному финансированию станет «Народный фронт» – ему причитается 113,8 млн грн, Блок Порошенко получит 112,1 млн грн, «Самопомощь» – 56,4 млн грн, Оппозиционный блок, который сначала пафосно отказался от государственных бонусов, но впоследствии передумал, – 48,5 млн грн, Радикальная партия – 38,3 млн грн, «Батькивщина» – 29,2 млн грн. Если досрочных выборов в этом году не будет, то в следующем эти суммы значительно возрастут, поскольку они привязаны к размеру минимальной зарплаты, которая недавно увеличилась вдвое. После предстоящих парламентских выборов на госфинансирование смогут претендовать партии, набравшие более 2% голосов, но пока оно распространяется только на действующие парламентские силы. А их все устраивает, поэтому ожидать, что они радикально поменяют работающий механизм, не стоит.

«Действующий закон выгоден нынешним парламентским партиям, они получают очень классные суммы, – говорит аналитик центра «Эйдос» Сергей Адаменко. – А в следующем году получат еще больше – около миллиарда гривен. Поэтому не думаю, что закон будет очень изменен… »

Заплати штраф – и спи спокойно

В целом же финансовые отчеты политических партий обнаружили много проблемных мест. Например, Радикальная партия вообще не задекларировала ни одной региональной ячейки. А в «Батькивщине» источниками финансовых поступлений назвали малоизвестных жителей Киевской области, которые вносили на партийный счет одинаковые суммы около двух тысяч гривен. Такая схема не может не вызвать подозрение. При этом в НАПК, которая должна проверять отчеты, очень мало рычагов влияния, даже при очевидности нарушений.

«Самый большой недостаток существующего законодательства – очень малые штрафы, – констатирует Адаменко. – Если политическая партия не подаст отчет, она заплатит от 5100 до 6800 гривен штрафа. К тому же в Европе ответственность несет политическая партия, а у нас – непосредственно тот, кто подписал отчет. Там штраф накладывается на партию и, как правило, он такой, что лучше партию ликвидировать, чем его заплатить».

Подтверждает неэффективность существующих механизмов наказания и Алексей Кошель из Комитета избирателей: «Речь идет о незначительном наказание в виде штрафов, но политические санкции были бы эффективными. Есть еще один пробел – более ста политических партий не подают финансовые отчеты, а НАПК заявляет, что просто не может найти их руководителей. Мы же предлагаем на законодательном уровне предусмотреть норму, чтобы у партии, которая дважды не подает финансовый отчет, аннулировать регистрационное свидетельство».

Сейчас НАПК подало в суды 43 протокола о привлечении уполномоченных лиц от политических партий за нарушения при представлении отчетов. Но даже если суды их зафиксируют и заставят оплатить штрафы, то, по Кодексу Украины об административных нарушениях, эти суммы выглядят смехотворно. Особенно на фоне сумм, которые «пилят» партии, находящиеся на гособеспечении.

Павел Вуец