Вы читаете: Почему время популистской революции в Европе пока еще не пришло?

Почему время популистской революции в Европе пока еще не пришло?

Норберт Хофер - главный претендент на пост президента Австрии

Были ли правы члены шведского неонацистского «Северного движения сопротивления»,  которые во время субботнего марша в Стокгольме заявили о начале «мировой революции»? Зерна истины в этих словах кажутся очевидными. Недавние результаты не были первыми в этом плане: местные «Трампы» уже победили в Великобритании, Польше и Венгрии, а если выйти за границы ЕС, то еще и в Турции. Впрочем, ЕС, несмотря на свои слабые места, может подойти к этой политической тенденции более конструктивно, чем США.

В Болгарии бывший командующий ВВС Румен Радев победил кандидата от правящей правоцентристской партии Цецку Цачеву (59,4% против 36,2%). Во многом болгарская президентская кампания напоминала американскую. Радев был новым человеком в политике. Он построил свою кампанию вокруг обещаний побороть коррупцию и закрыть границы для иммигрантов. Его обвинили в том, что он является российской марионеткой, однако Радев, как и Дональд Трамп, категорически это отрицает. Но зато он хвалил самого Трампа за стремление наладить диалог с Россией. Кандидатом, которого он победил, была женщина. Цецка Цачева – опытный политик, представляющий ортодоксальную политическую идеологию. Она могла стать первой женщиной-президентом в истории Болгарии.

В Молдове Игорь Додон победил Майю Санду, которая также имела шанс стать первой женщиной-президентом в истории страны. В отличие от Трампа, у Додона был солидный опыт в политике. Он также представляет левую идеологию. Он запустил антикоррупционную платформу и призвал к более тесному сотрудничеству с Россией. Он приветствовал победу Трампа, заявив, что «жители США одержали победу на либеральной вседозволенностью, которая уничтожала основы общества». Получившая американское образование Санду, которая представляла правоцентристское крыло и проевропейские взгляды,  была обвинена в причастности к той же глобалистской элите, что и Хиллари Клинтон.

В Австрии Норберт Хофер, представляющий ультраправую Партию свободы, по данным соцопросов опережает представителя Партии зеленых Александра ван дер Беллена. Австрийские выборы назначены на 4 декабря. Перед этим Верховный суд Австрии отменил результаты выборов в октябре, на которых победил ван дер Беллен.

Эти результаты кажутся не такими ошеломляющими, если вспомнить, что в Болгарии, Молдове и Австрии президент не является ключевой политической фигурой.

Жителям намного проще выразить свое недовольство на президентских выборах, которые не несут серьезных последствий. Премьер-министр Болгарии Бойко Борисов пообещал уйти в отставку в случае победы Радева. Но, скорее всего, правящая партия победит на досрочных выборах, поскольку в стране нет популистской партии с достаточными для победы ресурсами. В Австрии победа Хофера не повлияет на правящую центристскую коалицию, которая не позволяет Партии свободы войти в правительство.

В Голландии, в которой парламентские выборы состоятся в марте, соцопросы показывают, что антииммигрантская и антиевропейская Партия свободы, возглавляемая поклонником Путина Гертом Вилдерсом, набирает самое большое количество голосов, и может занять 29 мест в парламенте. Либеральная партия нынешнего премьер-министра Марка Рютте пока может рассчитывать на 26 мест в парламенте. Даже если Вилдерс победит, скорее всего, он не войдет в правительство, поскольку его партии будет сложно найти партнеров по коалиции.

Та же проблема касается итальянской партии «Движение пяти звезд», которая на 4–5% опережает Демократическую партию премьер-министра Маттео Ренци. Даже если она победит партию Ренци на референдуме 4 декабря и на следующих выборах, ей вовсе не гарантирована возможность сформировать правительство.

Последний опыт Испании продемонстрировал, что случается, когда популизм бросает вызов европейской демократии. После месяцев политической борьбы, нескольких досрочных выборов и неудачных коалиционных переговоров, Мариано Рахой снова стал премьер-министром. Но его возможности проталкивать новые законы очень ограничены в связи с шаткостью парламентского большинства.

Даже в тех нескольких европейских странах, где правят правые популистские силы, парламентская демократия может сдерживать их в плане решения самых главных вопросов. Например, в Польше законопроект о полном запрете абортов, который поддерживала правящая партия «Право и справедливость»,  пришлось свернуть после массовых протестов, возглавляемых левосторонней оппозицией. Недавно ультраправая венгерская партия «Йоббик» помешала партии премьер-министра Виктора Орбана «Фидес» освободить страну от квот ЕС на размещение беженцев.

Во Франции, где президент имеет значительные полномочия, ситуация может обстоять иначе. Опросы показывают, что представительница ультраправого «Национального фронта» Марин Ле Пен занимает второе место после правоцентристского политика Алена Жюппе. Но его преимущество выглядит значительным. Если Жюппе еще и получит поддержу левых сил, то сможет достаточно спокойно победить Ле Пен.

Возможно,  результаты этих опросов являются ошибочными, как накануне президентских выборов в США. Тогда правые партии даже смогут получить большинство по всей Европе. Хотя это далеко не факт. К примеру, «Северное движение сопротивления» во время марша в Стокгольме уступало по количеству участников либеральным оппонентам. Антииммигрантские митинги встретили сопротивление в Германии и других странах. В то же время ультраправые партии имеют представительство в парламенте почти во всех странах Европы.

Разумеется, это не позволяет правящим партиям игнорировать вопрос будущего правосторонних политических сил. Скорее всего, иммиграционные правила станут жестче в большинстве стран ЕС, а социальная помощь иммигрантам сократится. Если правые партии увеличат свое представительство в парламенте, любому правительству придется занимать более мягкую позицию в отношении к России. Кремль стал союзником ультраправых партий, помогая им своей пропагандистской машиной, а в случае с «Национальным фронтом» даже деньгами. Но эти перемены не вызовут революцию. Они только просигнализируют о том, что избиратели склоняются к риторике правых.

В среднесрочной перспективе увеличение политического влияния популистов может пойти на пользу ЕС. Это заставит очнуться европейских центристов задолго до того, как они потеряют власть (именно это произошло с Демократической партией в США). В неспокойные времена более мягкая, гибкая и менее управляемая политическая модель имеет очевидные преимущества перед безальтернативной и четкой. Перо падает на землю не так тяжело, как пушечное ядро.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться:
Share Twitter Pocket Mail Viber Send
Оставить комментарий

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: